Санкции по пояс

Помощь Ирану в интересах России и Китая

18:31 / 20 августа 2018

С 7 августа восстанавливается действие части санкций против Ирана, которые были заново введены Вашингтоном после выхода из СВПД в мае.
 
 
Их смысл – оказать максимально деструктивное воздействие на экономику Исламской Республики, в том числе принуждением других стран к отказу от какого-либо сотрудничества с персами, а также лишить Тегеран возможности использовать выручку от продажи углеводородов для финансирования своего участия в войнах в Сирии, Йемене и пр.
 
Момент выбран удачно: колоссальные ресурсы, вложенные в создание «шиитского пояса», уже дают о себе знать в виде непрекращающихся антиклерикальных выступлений внутри персидского государства.
 
Однако важно понимать, что интересы Ирана и стражей исламской революции (КСИР) зачастую не совпадают. Разрушительный эффект санкций 2011–2016 годов оказался благоприятен для КСИР, поскольку после ухода иностранных компаний значительная часть стратегических отраслей страны перешла в управление его ставленникам.
 
Для него возобновление ограничительных мер означает ещё большее внедрение в экономику страны и контроль над теневыми финансовыми потоками.
 
Вероятно, персы будут вынуждены применять методы для обхода санкций, которыми они пользовались ранее, например U-turn (схема продажи нефти в валюте импортёра с последующей её конвертацией в доллары США через банки третьих стран), и изобретать другие, поскольку в ноябре вступит в силу вторая, наиболее болезненная часть эмбарго в отношении энергетического сектора и финансовых учреждений ИРИ.
 
В этой ситуации Европа мало чем может помочь Тегерану. Выбор между вариантами: остаться на иранском рынке, подвергнувшись санкциям США, и свернуть сотрудничество с персами, сохранив политические и экономические отношения с Вашингтоном, очевиден.
 
Вводимый ЕС блокирующий регламент, направленный на защиту интересов европейских компаний, не смог предотвратить уход из Ирана их крупных представителей: Maersk, Peugeot, Siemens, Total и др. Причём прецедентов возмещения ущерба с помощью такого механизма ещё не было, его смысл в минимизации последствий для тех, кто подвержен санкциям.
 
Но главное, что ЕС не сможет компенсировать многомиллиардные штрафы со стороны США, наложенные на европейских нарушителей санкционного режима. Поэтому меры и протесты лидеров ЕС против политики Трампа дают мизерный эффект.
 
При этом поставленная Вашингтоном задача читается всё яснее. Иран, втянутый в несколько войн усилиями КСИР, а отчасти объективно вынужденный реагировать на сложившуюся ситуацию в регионе, ведёт внешнюю политику в ущерб своему развитию.
 
Из этого следует, что каким бы влиятельным ни был КСИР, он только часть целого, а значит, в итоге ухудшение ситуации в Иране неизбежно скажется и на нём. Поэтому Трамп добивается внутреннего взрыва в Иране через принуждение КСИР к усилению присутствия в зонах конфликтов (на что КСИР охотно идёт, но исходя из своих целей), что влечёт рост затрат на ведущиеся войны.
 
В момент, когда на продолжение шиитской экспансии понадобится ещё больше денег, их поток будет перекрыт. Ситуацию усугубят подрывная работа разведок враждебных государств, запуск сепаратизма в иранских останах и т. п.
 
В интересах России не допустить катастрофы в Иране, тем более у неё ситуация во многом схожа. Наша страна может принять более активное участие в развитии инфраструктуры в Иране и закупать нефть с последующей перепродажей под видом своей. Используя дипломатические каналы, Москва способна в большей степени привлечь к сотрудничеству с Тегераном другие страны.
 
Например, вместе с Пекином поддержать создание «шиитского пояса», разумеется, при условии, что основная тяжесть затрат останется за Тегераном. Такого взаимодействия с Китаем с его последующим расширением добиться реально, тем более дестабилизация персидского государства невыгодна Пекину в силу торгово-экономических связей и значения проекта «Один пояс – один путь».
 
Поддержка Ирана должна быть коалиционной, только так можно существенно смягчить прессинг на персидское государство и получить геополитические и экономические преференции.
 
Константин Стригунов

Поделиться в соцсетях:

156

санкции

Иран

Китай

Россия

Публикации по теме

Еще в разделе